Барни Барнетт, житель Сокорро, Нью-Мексико, инженер, занимавшийся работами по консервации земель, был одним из первых очевидцев, прибывших к месту падения тарелки утром 3 июля 1947 года.
Барни и его жена Рут дружили с Л. У. Верном Мэлтисом и его женой Джин Сведмарк Мэлтис. Берн находился в Нью-Мексико «по заданию военных». В феврале 1950 года во время посещения Мэлтисами Сокорро Барнетт рассказал своим друзьям необыкновенную историю. Однако перед тем как ее изложить, он предупредил, чтобы они ее никому не повторяли.
Сейчас, спустя не один десяток лет с тех пор, как Барнетт поведал эту странную историю, Мэлтисы помнят все очень хорошо, поскольку ее дополняли множество сообщений о замеченных в Нью-Мексико НЛО. Супруги с уважением отзывались о Барнетте. Он был старше их, довольно консервативен, вполне уверен в себе и не принадлежал к числу людей, распространяющих дикие слухи. Как вспоминают Мэлтисы, Барнетт определенно заявил, что видел объект на земле. Вот что он им рассказал:
— Я работал недалеко от городка Магдалена, Нью-Мексико, когда однажды утром нечто вроде большого металлического тела, блестевшего вдалеке на солнце, привлекло мое внимание. Подумав, что это, наверное, самолет, потерпевший ночью аварию, я отправился туда — до него было около мили с четвертью. Когда я пришел, то увидел, что это вовсе не самолет, а что-то похожее на металлический диск 25–30 футов в диаметре. Пока я смотрел и пытался понять, что же это такое, с разных сторон подошли другие люди и тоже стали его осматривать. Позже они мне сказали, что принадлежат к археологической партии одного из восточных университетов (Пенсильванского. — Авт.) и что тоже сначала приняли непонятный объект за разбившийся самолет. Они все стояли кругом и рассматривали его.
Нельзя сказать, что этот объект был очень большим. Он казался сделанным из металла, который выглядел как грязная нержавеющая сталь. В машине зияла трещина, возникшая после взрыва или удара.
Затем мы заметили несколько тел, лежавших на земле. Думаю, что в аппарате были еще и другие.
Подойдя поближе, я попытался рассмотреть тела. Насколько я мог судить, все были мертвы. Они немного походили на людей. У них были круглые большие головы. Волосы совершенно отсутствовали. Глаза маленькие и располагались довольно странно. Одежда серого цвета была цельной: молний, ремешков, пуговиц мы не заметили. Все они казались существами мужского рода. Я был так близко, что мог дотронуться до них, но не сделал этого — меня оттеснили прежде, чем я на них насмотрелся.
Пока мы на них глядели, приехал грузовик, из него вылез офицер и сказал всем, что армия устанавливает контроль и берет все в свои руки. Военнослужащие оцепили все вокруг. Нас попросили покинуть зону и никому ничего не рассказывать…
Когда у супругов Мэлтис спрашивали, не помнят ли они, в какой части штата, по словам Барнетта, произошла катастрофа, миссис Мэлтис отвечала:
«Точно я не могу вспомнить, но это было не далеко от Сокорро».
Ли Гарнер, некогда ковбой и бывший шериф округа Сокорро, вспоминал Барни Барнетта с симпатией, а особенно живо помнит археологическую экспедицию, несомненно, из-за своего интереса к индейским древностям. Он думал, что экспедиция была из Мичигана, но сказал, что в ней могли быть и пенсильванские студенты. Джон Гринвальд, бывший федеральный служащий, а ныне фермер в округе Сокорро, вспоминает, что Барнетт в основном работал в местности к западу от Сокорро, называемой «Прерии Сан Агустин», именуемой также «равнинами», и считает, что происшествие имело место где-то здесь…
Дж. Ф. «Флек» («Крапинка») Дэнли из Магдалены, Нью-Мексико, был более конкретен: «Барнетт был инженером и работал под моим началом недалеко от Магдалены в конце 40-х — начале 50-х годов. Он был хорошим человеком, одним из самых честных людей, которых я мог когда-либо видеть.
Дэнли спросили, говорил ли когданибудь Барнетт о летающих тарелках?
— Да, это было один раз. Однажды днем Барни зашел в контору очень возбужденный и сказал мне: „Ты знаешь, эти летающие тарелки, о которых столько сейчас говорят, Флек, ведь они существуют!“ Потом он сказал, что только что видел одну из них. В это время я был очень занят, и у меня не было настроения слушать подобные истории, поэтому я повернулся к нему и сказал: „Черт подери!“ Больше он ничего не стал объяснять.
Флек добавил, что он мог бы вспомнить дату этого происшествия, если бы ему дали подумать. В следующий раз, когда его спросили, он засмеялся и сказал: „Да, теперь я вспомнил. Это было где-то в начале лета 1947 года. Я верю тому, что он мне тогда рассказал. Я не знаю случая, чтобы Барни когданибудь солгал… хоть о чем-нибудь“.
Удалось найти еще нескольких людей, знавших Барнетта, и все они дали ему такие лестные характеристики, которые не позволяют усомниться в достоверности его рассказа.
Наверное, одно из самых важных свидетельств происшедшего в Розуэлле было получено от майора Джесси А. Марчела.
В своих интервью, относящихся к 1979 году, он упомянул несколько интересных подробностей относительно розуэллского инцидента и высказал интригующее предположение, что был еще и второй диск, который взорвался в воздухе. Но возможно найденные обломки принадлежат диску, описанному Барнеттом, он мог взорваться в воздухе, какие-то части отвалились, а сам аппарат упал западнее.
А видел ли лично майор Марчел потерпевший катастрофу НЛО?
— Я видел кучу обломков, но не весь аппарат. Что» бы это ни было, оно взорвалось в воздухе над землей и развалилось перед тем как упасть. Обломки были разбросаны по площади три четверти мили в длину и несколько сотен футов в ширину.
Откуда на Розуэллской базе узнали о катастрофе на ранчо Бразела?
— Мы услышали об этом 7 июля, когда получили телефонограмму из конторы шерифа в Розуэлле. Шериф сообщал, что Бразел передал ему, будто что-то взорвалось над его ранчо и вокруг валяются обломки. Я как раз сидел за ленчем в офицерском клубе, когда мне приказали отправиться к Бразелу.
Я закончил ленч и отправился в город поговорить с этим парнем. Выслушав его, решил, что лучше сразу сообщить о случившемся полковнику Бланшару и пусть он решает, что следует предпринять.
Обсудив все, мы с полковником решили, что речь, наверное, идет об упавшем самолете какой-нибудь необычной конструкции. Бланшар приказал мне немедленно туда отправиться и забрать все, что посчитаю нужным. Я вместе с агентом контрразведки из западного Техаса по фамилии Кавитт и хозяином ранчо отправился на место: мы с Бразелом на штабном «бьюике», а Кавитт — на джипе с прицепом. Дорог нам совсем не встречалось, приходилось ехать по пересеченной местности.